О президентстве Трампа, украинском языке на Донбассе, квотах на украинскую музыку в эфирах радиостанций и новом сборнике рассказов - в интервью для Styler
Макс Кидрук - известный украинский писатель, который давно завоевал интерес читателей в разных уголках Украины. Его знают даже в тех небольших городках, где его книги ранее не продавались. Кидрук не только пишет книги, а и активно их популяризирует: он регулярно ездит по Украине с презентациями своих книжных новинок. Многие говорят, что традицию масштабных литературных туров начал в нашей стране именно Макс.
Кроме того, вместе с командой единомышленников Кидрук проводит познавательные лекции. К примеру, он успешно реализовал научно-популярный проект Quantum: в самых разных городах Украины вел цикл лекций о космосе.
В этом году его новый роман “Зазирни у мої сни” оказался в длинном списке конкурса “Книга года BBC”.
Писатель сам читает множество самых разных книг, популяризирует чтение в Украине. Макс не любит, когда его сравнивают со Стивеном Кингом и уверен, что в Украине вполне возможно зарабатывать неплохие деньги, занимаясь только писательством.
Styler узнал у Макса Кидрука, что отличает разные уголки Украины, которые он посещает с презентациями, как создавался сборник рассказов “ДНК” и почему вопрос оккупации Донбасса затянется надолго.
“Победа Трампа на выборах в США – это, во-первых, это было очень неожиданно. А во вторых – просто страшно. Ведь в такие моменты понимаешь, как быстро все в мире может меняться. И как Америка, почти десятилетие голосовавшая за афроамериканца-демократа, который выиграл прошлые выборы с огромным отрывом, да и который был хорошим президентом, после этого вдруг выбирает Трампа. Я ничего не имею против республиканской партии. Но про Трампа думаю, что это даже не человек, а просто существо. К нему даже нельзя применять слово “личность”, по правде говоря”.
“Конечно, во многом выборы в США мы рассматриваем со своей, украинской стороны. Но знаю, что многие американцы уже хотят выезжать из страны как раз из-за президентства Трампа. Моя жена курирует работу иностранных волонтеров в Ровно, Виннице. Много общается с волонтерами из Америки в Ровенской Винницкой области. Буквально на днях у них была встреча с ними, и один американец на полном серьезе заявил, что остается на ближайшее время жить в Украине. После окончания сроков своего волонтерства не имеет намерений возвращаться обратно. Такая позиция вполне понятна, судя из того, кем, а вернее чем является Трамп”.
“Очень сомневаюсь, что политика Трампа будет влиять на Украину в ближайшее время. В худшем случае, может дойти до снятия американских санкций с России. Это, к сожалению, развяжет руки Москве, но те санкции и так не особенно действуют. Ожидаю, что будет уменьшение давления со стороны США на Европу. Но давайте говорить правду: у Украины нет такого сильного влияния на международном уровне, как нам бы хотелось”.
“Писатель, как и любой другой человек, обязательно должен реагировать на то, что происходит у него в стране. Это одна из задач авторов литературы как таковой. Ведь кто как не журналисты и писатели должны быть независимыми и высказывать то, о чем не говорят политики?”.
“Недавно вышел сборник рассказов “ДНК”. В ней семь писателей рассказывают семь историй из разных поколений, которые удивительным образом сохранились в структуре ДНК человека за 150 лет. Я писал последнюю, завершительную историю про Украину в далеком будущем. Обычно стараюсь писать наиболее реалистично. И то, что я описал в "ДНК" - на мой взгляд и есть самым реалистичным сценарием. Проблема оккупации Донбасса, скорее всего, затянется надолго. В лучшем случае, Россия сильно ослабнет, и тогда вынуждена будет как минимум пойти на переговоры и на уступки. А когда это произойдет, Донбассу надо будет дать право на самоопределение. В ближайшее время вряд ли что-то в регионе изменится”.
“Идея создать сборник рассказов “ДНК” возникла у Сергея Жадана и Фоззи. Книга отличается от других сборников, ведь мы писали не каждый сам по себе. Это была совместная работа. Мы писали о разных поколениях украинцев. Сергей разослал всем, кого хотел взять в команду,. информацию о временных промежутках из разных периодах истории Украины. Каждый мог выбрать себе тот, который хотел бы. Мы обсуждали, о чем будем писать, и какие персонажи будут в каждом из рассказов”.
“Герой моего рассказа так и не дает однозначного ответа, нужно ли присоединять часть Донбасса к Украине или нет. Его отец выехал из Донецка уже очень давно и он считает, что правильнее всего будет дать высказаться тем, кто там жил раньше и живет сейчас. В любом случае, это никак не должно было быть поводом начать войну”.
“Вопрос самоопределения Донбасса вряд ли решится в ближайшее время. Но настанет время, когда от подвешенного состояния нужно будет отойти. Нас сейчас больше должно волновать развитие страны в целом. Не надо дискутировать про интеграцию Донбасса. Вместо этого нам надо стать такой супер успешной страной, чтобы к нам сами хотели присоединиться. Не хочу, чтобы мои слова звучали провокационно. Ведь речь идет об очень далеком будущем. И все зависит от того, действительно ли мы станем той успешной и богатой страной, о которой мечтаем”.
“Несколько лет назад презентации своих книг мы с командой сделали платными. На самом деле для городов западной Украины в этом не было новизны. Такую практику Львов, Тернополь, Ивано-Франковск прошли еще лет пять назад. Там, как только мы анонсируем тур, уже сразу спрашивают, где можно купить билеты".
"Про платный вход больше негативных мнений на востоке страны. В Харькове, к примеру, было возмущение. Мол, для писателя это унизительно - брать деньги за вход. Но как мне оплатить аренду зала, за что покупать билет на поезд? А вы потом еще подумаете, покупать книгу или нет. Причем если к ним же едут группы на рок-концерт, то понимание платного входа есть. В этом году также была первая платная презентация в истории Николаева. Думаю, что эта привычка - просто вопрос времени”.
“Я для себя обычно провожу условную линию между Харьковом и Одессой: все, что севернее, мы говорим о сотнях людей, которые готовы прийти на презентацию книги. А там, где южнее и восточнее, то говорим о десятках людей. Но дело тут не в каком-то менталитете, а в языковом барьере. Там большинство не читает и не говорит по-украински. Но это совсем не значит, что люди на Донбассе не читают книг. Просто читают они на русском языке. И, скорее всего, на русскоязычного писателя пришло бы больше людей, чем на меня”.
“Украинизировать Донбасс нужно, но принуждать ни в коем случае нельзя. Иначе это вызовет очередное сопротивление. Поэтому я и не являюсь сторонником тех сверхвысоких квот. Да, часть украиноязычного контента просто обязана быть, но насильно говорить на украинском людей не заставишь. Для распространения культурного продукта есть другие меры. Например, учителям, которые в школах или в вузе на Донбассе преподают украинский, можно платить больше. А это уже зависит от политики нашей страны”.
“На самом деле это не так трудно вот так взять и перейти на украинский язык. Я помню свой город Ровно начала 90-х годов: тогда почти все говорили на русском. И буквально за два-три года, когда мы получили независимость, начали говорить на украинском. Стоит только захотеть”.
“Государству надо делать все, чтобы, жители Донбасса не чувствовали себя отброшенными от украинского культурного пространства. К сожалению они как раз такими себя и чувствуют”.
“Я за украинский язык во всех СМИ страны. И квоты на украинскую музыку - это хорошо. Треть песен на украинском - окей. Но когда некоторые говорят, что надо 80-90% песен на украинском, то это уже перебор. Мы прекрасно понимаем: у нас страна двуязычная”.
“Если честно, я не замечаю, что люди стали больше говорить по-украински. Украиноязычная среда для меня заканчивается по линии Житомир-Тернополь-Черновцы. Все, что дальше - Кропивницкий, Черкассы - там в абсолютном большинстве слышу русский. Но везде адекватные родители все равно предпочитают отдать ребенка в украинскую школу. Ведь многие только после революции стали задумываться, кто мы есть, и стали идентифицировать себя украинцами только три года назад. Поэтому все изменится не так быстро”.
“Несмотря на кризис, несмотря на войну, я, все-таки, вижу Украину страной возможностей. Швеция, где я учился и жил, - очень развитая страна. Но там жизненный путь индивида четко предусмотрен от начала до конца. Ты знаешь, в какой школе или в каком университете будешь учиться, сколько денег тебе будут на первой работе платить, когда купишь машину. У нас все намного сложнее. Много чего нет, мало что сформировано. Это усложняет жизнь. Но, вместе с тем, у нас есть куча новых возможностей. Например, в Скандинавии фирме, занимающейся софтом для телефонов, выйти на рынок стоит колоссальных усилий. Они только открылись, а только в их городке таких компаний уже двадцать. Если в Швеции все ниши уже давно заняты, то в Украине можно легко стать первооткрывателем”.
“Много кто говорит: “Как мне выживать, государство не помогает”. Но разве государство поддерживает Илона Маска или Apple? Во многом все зависит просто от качества продукта: его либо покупают, либо нет. Другое дело, что ни Tesla, ни iPhone, у нас пока не изобрели. Нужно просто больше работать, и делать работу хорошо”.
“Все мои связи с Россией давно оборваны. Не общаюсь ни с кем из этой страны. Раньше у них выходил перевод моей книги “Бот”, и ее тираж постепенно раскупили. Но это было еще до Майдана. Думаю, вопрос издания моих книг в этой стране еще долго не будет актуальным. И это правильно”.
“Я допускаю, что может быть два разных мнения о политиках. Но когда одна страна нападает на другую, тут двух мнений быть просто не может. Здесь один один ошибается, а второй - прав. Жаль, что многие до сих пор не могут понять таких очевидных вещей”.