"Любовью можно все изменить": откровенная история семьи со Львова, решившейся взять ребенка из приюта
Кто из нас может похвастаться тем, что делает в своей жизни все абсолютно так, как хочет сам? Сколько раз мы ищем для себя причины не делать то, о чем мечтаем годами?
Например, смело уйти с работы, которая дала карьерный рост, но не приносит удовольствия и в итоге найти любимое дело, которое приносит и деньги, и радость. Общаться только с приятными нам людьми. Переехать в пригород. Не вставать в шесть утра и не ехать через весь город на работу, а все время быть рядом с родными и близкими. Путешествовать, жить по несколько месяцев в разных странах.
Впрочем, можно решиться и на более смелые шаги. Скажем, вместо ежедневной школы перевести ребенка на домашнее обучение, если ребенок этого захотел. Это при том, когда почти все вокруг говорят, что ребенок должен каждый день ходить в школу обязательно. Или усыновить ребенка, имея при этом двух собственных детей. Все это – о львовянке Ольге Бартыш и ее муже Константине Коломаке.
"Большинство желаний, которые люди откладывают на годы, можно реализовать уже к концу этой недели"
Несколько лет назад Ольга покинула перспективную работу журналиста в Киеве и вместе с мужем вернулась в родной Львов.
Кое-кто удивлялся, но Ольга просто делала то, что хочет. Она начала писать картины, которые быстро стали популярными сначала в соцсетях, а потом – и у заказчиков.
"Как это не банально или пафосно, но все, о чем я говорю, касается мечты", - объясняет свой подход Ольга. – Я в последние годы очень внимательно отношусь к своим желаниям и мечтам. Переосмысляю их: где мое, а где чужое. Учусь слушать себя, слышать и действовать! Интересно, что большинство желаний, которые люди откладывают на годы, можно реализовать уже к концу этой недели".
Ольга давно вынашивала идею о том, что оставит журналистику. Предупреждала об этом мужа. Сначала он очень переживал, что жена совсем перестанет ходить в офис и не будет иметь “стабильности” в работе.
“Я говорила, что проработаю до конца года и больше моей ноги в офисах не будет, - вспоминает Ольга. - Начала к этому готовиться, откладывала деньги. С января 2014-го так и получилось: осталась дома. И в один прекрасный день, когда закончились зимние праздники, купила себе краски, холсты, все необходимые материалы. Обустроила себе на балконе место, и там начала рисовать. Сначала без продаж, просто для удовольствия”.
Потом несколько картин у Ольги купили через подругу, но это было далеким от того, чего на самом деле хотела художница. Она вспоминает:
“Когда начало уже не хватать денег, надо было как-то зарабатывать. И хотя бы столько, как было на последней работе. Как-то я написала “свежую” картину, выставила в Фейсбуке и начала молиться: божечки, пусть она продастся, пусть это будет знаком для меня, что дорога выбрана правильно. Буквально через часик мне написала девушка, что хочет купить эту работу. За триста долларов. А потом эта самая семья приобрела еще одну картину. Помню, принесли мне домой 550 долларов за две работы, сижу на кухне с теми деньгами и думаю: “Ну, все. Это оно. Отныне я могу быть честной сама с собой, да еще и зарабатывать”.
А недавно Ольга с мужем запустили продажу чехлов для телефонов с принтами собственных картин. Надеются, что это также поможет им полностью перейти на стабильный заработок собственным делом.
“Быть художником собственной жизни”
У Ольги и Константина – двое детей: 10-летний Матвей и 1,5-летний Иван. Когда Матвей сказал, что не хочет ходить в школу, то Ольга перевела его на домашнее обучение, несмотря на всеобщее мнение, что каждый ребенок должен учиться в школе.
Следующим важным этапом в жизни Ольги и ее мужа Константина стало усыновление еще одного ребенка. Не смотря на страхи и опасения, они все-таки решились на этот шаг и теперь никоим образом об этом не жалеют.
"И картины, и обучение сына дома, и усыновление еще одного ребенка - все это связано одной красной нитью: мы просто стараемся делать то, что хотим. Мы стараемся быть художниками собственной жизни", - говорит Ольга Бартиш.
А впереди у семьи еще много странствий: Ольга и Константин вынашивают идею жить понемногу в разных странах.
"Это так сложно и непривычно сейчас выглядит, но мы точно это сделаем. Речь идет прежде всего о смелости брать жизнь в свои руки. Мечтай, планируй, действуй, но будь очень гибким к развитию событий, помня, что все к лучшему. Надо найти "золотую середину" между ощущением своего хозяйствования и смирением перед высшими силами", - объясняет свою позицию женщина.
“Усыновленные дети такие же, как и родные, и ничего здесь страшного нет”
О том, чтобы усыновить ребенка, Ольга мечтала, еще когда у нее родился первый сын Матвей десять лет назад.
"Я тогда работала журналистом, - вспоминает женщина. - Мы ходили с мужем в гости к одной львовской семье. У них было несколько своих и несколько приемных детей. И еще тогда я этим интересовалась. С мужем мы поговорили, помечтали об усыновлении, и на этом заканчивалось. Но мы и дальше жили с мыслью, что хотя бы одного ребенка, но все-таки когда-нибудь усыновим. Потом мы ездили в Киев "за карьерой", поэтому уже было не до детей. И время от времени мы к той мысли возвращались: особенно когда были рабочие поездки в интернат, приют для детей. Вспоминали об этом, когда смотрели фильмы, когда говорили со знакомыми”.
Полтора года назад у Константина и Ольги родился второй сын Иван, а в ближайшее лето после этого семья поехала отдохнуть в Турцию.
"Мы жили в гостях у наших друзей, которые имеют шестеро усыновленных детей и четверо своих. Это просто уникальная семья! Было очень интересно наблюдать за тем, как все дети вместе живут. Мы еще раз убедились в том, что усыновленные дети такие же, как и родные. И ничего здесь такого страшного нет".
Во многом поездка в гости к многодетной семье стала "завершающей точкой", после чего семья решила, что надо начинать искать приемного ребенка и для себя.
"Финальное решение было за мужем. Ведь это основном я всегда говорила об этом больше. Муж говорил: "Да, было бы классно усыновить, но может немного подождем?", "Может, еще не время?". Но после той поездки он сказал мне: "Я готов". Хотели девочку до 3 лет – примерно такую, как наш младший сын. Чтобы они вместе росли и играли", - вспоминает Ольга.
Она время от времени обзванивала детские дома. В Одессе ей сказали, что у них свои 140 пар-кандидатов на усыновление ждут, пока появятся дети до трех лет.
“Одна мама приемного ребенка подбадривала, советовала бороться и не сдаваться. Она сама больше трех месяцев ждала, службы во всех областях и городах ее знали, потому что постоянно им звонила. Чуть ли не каждый день спрашивала, не появилось ли кого, не изменилось ли что-то. А я себе думала – у меня тут ребенок на руках мой, я не готова так бороться пока что”, - вспоминает Ольга.
Они решила “отпустить ситуацию” и просто ждать.
“Мы сделали документы, мы запустили процесс, озвучили свое намерение. Вселенная услышала, и дальше пусть оно "крутится" само. Если в течение года ребенок не найдется, значит, так и надо. Но дочка нашлась. Если это твой ребенок, то он найдется, если даже ты будешь лежать на диване и ничего не делать. Это был мой четвертый или пятый мой звонок по службам, когда мне сказали на Закарпатье, что есть девочка”, - говорит она.
“Сердце екнуло, и нам с мужем сразу было ясно, что это наш ребенок”
Как оказалось, здоровая девочка до 3 лет – это кандидат "номер один", которого ищут большинство усыновителей, поэтому найти такую девочку было непросто. Также запрос на усыновление Ольги совпал с началом судебной реформы, когда началось много изменений в сфере.
"Мы нашли нашего ребенка, познакомились с ним 14 декабря 2017 года. А с нового года начали действовать новые поправки к закону, наше дело немножко затянулось. На днях состоялся суд, и теперь по закону это наш ребенок, наша девочка! По новым поправкам, пока решение суда вступает в действие, надо ждать не 10 дней, а 30. Заберем ребенка домой 12 марта", - рассказывает женщина.
Но при этом семье удалось завершить процесс усыновления быстрее, чем бы это длилось у многих пар. Одна половина их дела пришлась на старые нормы, а другая – на новые.
"Мы "проскочили" этап десяти свиданий с ребенком, которые даются родителям. На первом же свидании мы поняли, что ребенок наш, и нет необходимости в последующих встречах. В тот же день написали заявление, что хотим стать родителями этой девочки. Также на удивление суд прошел с первого раза – никто заседание не переносил и не затягивал", - делится воспоминаниями Ольга.
12 марта семья встретится с девочкой всего четвертый раз.
Ольга очень переживала, чтобы суды не затянулись. Она слышала множество историй матерей о том, что часто процесс затягивают, даже на полгода или год.
"У нас все прошло на удивление быстро и без проблем", - говорит она.
По ее словам, при усыновлении важны первые общения с ребенком. Бывает такое, что при первой встрече дети плачут, не идут на контакт. И тогда работники социальных служб делают выводы, что контакт не состоялся, и тогда надо пробовать снова и снова, чтобы этот контакт установить.
"А мы с мужем, когда виделись с ребенком впервые, уже через пару минут держали ее на руках. Контакт был! Конечно, были слезы. Конечно, я плакала, потому что не знаю, как при этом всем можно не плакать! Наше общение очень ложилось на душу! Старший сын первый с ней забавлялся, муж брал на руки. Все очень хорошо откликнулись! И только наш меньший приревновал, тянул руку и просил внимания к себе. Думаю, что это возрастное и со временем пройдет", - делится впечатлениями женщина.
"Последний раз детей из детдома выводили на прогулку аж в ноябре"
При первом свидании в детдоме девочка поразила Ольгу и Константина и тем, что была значительно меньше ростом своих сверстников.
"Нашему малому – год с половиной, а ей – два с половиной, и она при этом меньше его. Выглядит совсем маленьким ребенком! Такая очень мелкая! Я понимаю, что это еще может от того, что она в детдоме росла. Из-за "тепличных" условий, большинство детей отстает примерно на год. Я себе это так объясняю: нет для кого расти, нет для кого развиваться", - говорит Ольга Бартыш.
Она добавляет: была шокирована, когда узнала, что последний раз детей из детдома выводили на прогулку аж в ноябре, хотя сейчас уже середина февраля.
"Им там не хватает всего: витаминов, солнца, воздуха, - добавляет Ольга. - Впрочем, в таких нечастых прогулках есть определенный смысл: если кто-то из детей подхватит вирус, то переболеют все дети, и это может затянуться на несколько месяцев. Когда в семье ребенок заболел, в садик его просто не ведут. А здесь дети просто не могут никуда деться. Поэтому там помещения обеззараживают под синей лампой. Дети переходят только в другое помещение на физкультуру, а на улицу - нет. Это при том, что все дети – разные, и могут быть очень активны”.
Девочку, которую усыновила семья, покинула мама: оставила в больнице, когда ей был год и семь месяцев. Оттуда она попала в детдом, где провела год.
"В том детдоме детки совсем маленькие! Попадают в него часто сразу после роддома, когда от них отказываются, - комментирует Ольга Бартиш. - Там есть двое деток, которых привела 19-летняя мама. У нее дома еще двое осталось. У нее не было денег, чтобы прокормить детей. Речь идет часто об элементарном выживании. В детдоме дети хоть всегда будут накормлены. И когда речь идет уже о таком – либо психическая травма, либо умереть с голоду, то выбирают первое. Но и мама к детям не ходит".
“Ни разу никто о деньгах даже не намекал”
В украинских интернатах во всех регионах находится около 140 тысяч детей. Одна из проблем заключается в том, что большинство из них не имеет статуса на усыновление из-за того, что их родители не лишены родительских прав.
“Например, мать ребенка – алкоголичка. Но она раз в полгода пришла к дочери, и это зафиксировали документально. Значит мама ребенка приходила, она от нее не отказывается, и оснований лишать ее родительских прав нет. Конечно, есть и много других "подводных камней".
Часто ребенка пытаются вернуть обратно в семью. Руководствуясь логикой, что приемная семья - это хорошо, но родные родители – лучше. Хотя биологические родители в большинстве так и остаются неблагополучными.
Еще одна преграда, которая может встать на пути усыновления - это то, что по закону нельзя разъединять родных братьев и сестер.
"А в основном именно так часто и бывает, когда в детдоме живет сразу несколько детей из семьи. Родители нашли себе девочку-красотку, а у нее еще трое братьев и сестер по 15 лет. И все, ребенка нельзя взять. Говорят, что за деньги могут решить много подобных вопросов. Но нам ни разу никто о деньгах даже не намекал! Да и мы сами сразу были настроены так, что ребенка "покупать" мы не будем. Я об этом говорила очень громко и активно", - рассказывает Ольга.
“Воспитание влияет на ребенка гораздо больше, чем генетика”
Сейчас девочка только начинает говорить. Формулирует простые слова, но не фразы. Но это не большая проблема, потому что дети в таком возрасте могут быстро учиться. Умственных отклонений у девочки нет.
Родители распечатали фотографии семьи, и старший сын Матвей показывал девочке фото, объясняя: это мама, а это - папа.
“Она немножко отстает, но это не очень страшно, потому что быстро все наверстает. Но нужно будет ее любить, любить, чтобы она это все наверстала быстрее, и чтобы избавилась от травмы”, - говорит Ольга.
Женщина не раз представляла разговор, во время которого будет объяснять дочери, что она - приемный ребенок:
“Я буду деликатно при надобности рассказывать об этом, конечно, терапевтическим методом. Например, бывает так, что яблоня больше не может давать достаточно соков для роста своим ветвям. Тогда ее веточки прививают другому дереву, которое даст необходимое. И получается новый прекрасный сорт яблок всем на радость. Здесь нет виновных, просто каждому свое”.
Фото: Картины Ольги (предоставлено Ольгой Бартиш)
И, наконец, девочка на приемных родителей внешне не похожа: она - темненькая, а родители - светловолосые, замечает она.
"На примере нашей семьи можно увидеть, что на самом деле все это не так страшно, как думается. Конечно, мы сначала боялись. Боялись, что не сможем принять ребенка. Что повлияют гены: мы же не знаем, кем были родители. Может, наркоманами, алкоголиками или преступниками. Но я думаю, что воспитание и окружение все-таки влияют на ребенка гораздо больше, чем генетика. Поэтому важна атмосфера, в которой ребенок живет. А главное – это любовь! Любовью можно все изменить, откорректировать. Ну и, конечно, верится в некую высшую силу, в судьбу. Что-то мы планируем, а все равно происходит так, как должно произойти”, - говорит Ольга Бартиш.
“У нас нет мерседесов и вилл, но я могу дать ребенку знания и любовь, мировоззрение, жизненные ценности, спокойствие”
По словам Ольги, в воспитании детей не стоит заранее для себя фантазировать, что дети должны вырасти такими, как представляют их себе родители. Лишь тогда отношения с детьми будут гармоничными и спокойными.
“Надо понять, что дети не принадлежат ни нам, ни кому-то еще. Дети - отдельные люди, личности. А мы - лишь фильтры, которые их пропускают. Дети просто приходят и уходят потом во взрослую жизнь. Каких-то 15-20 лет - и ты снова один, и с этим надо смириться. Дай, что можешь, как мама или папа, поделись. Да, у нас нет мерседесов и вилл, но я могу дать ребенку знания и любовь, мировоззрение, жизненные ценности, спокойствие и все, что имею. Это будет удочка, на которую ребенок потом будет себе ловить рыбу. Никаких больших ожиданий от ребенка, никаких надежд заранее! Какой ребенок вырастет, такой и вырастет”, - подводит итог Ольга.
Ранее Ольга Бартиш рассказала, как ее сын перестал ходить в школу и стал счастливее.