"Украина на пороге "музейного бума": как заинтересовать молодежь ходить на экскурсии
Огромные очереди в Лувр в Париже, "Фабрика Шиндлера" в Кракове, Дома Анны Франк в Амстердаме – это давно воспринимается как норма. В то время как большинство украинских музеев не могут похвастаться тем, что в них стремится попасть огромное количество посетителей.
Часто жалуются на то, что у музеев нет денег, именно поэтому они не развиваются. С таким мнением не согласна Татьяна Сосновская - директор Национального Музея Истории Украины.
По ее мнению, надо перестать сетовать на нехватку средств, и вместо этого – изменить подходы к работе музея, а это зависит именно от его работников, а не власти или политических настроений.
"Мы должны снять с головы корону, что мы, мол главный музей Украины, и не ждать, пока посетитель придет к нам, а идти к нему - или с лекцией, или с каким-то разговором в школу, или с выступлением на площадке, или участием в каком-то фестивале. Мы должны делать шаги навстречу", - говорит Татьяна Сосновская.
На входе в музей, который она возглавляет неполных три года – табличка "Музей работает ради посетителей". Здесь для детей действуют "музейные деньги" – “музейки”, которые школьник может обменять на подарки, дав правильные ответы на вопросы об экспозиции. Начала активнее действовать лавочка, внедрена возможность расчетов терминалом. Внедрено много новых проектов для детей и взрослых, в том числе исторические лекции. Впрочем, это лишь те изменения, которые заметны внешне. Для научных сотрудников и студентов фондовые коллекции теперь открыты, а доход музея за два года и 10 месяцев ее работы увеличился в 4,5 раза.
Фото: Национальный Музей Истории Украины в 2014-2017 году (nmiu.com.ua)
По мнению Татьяны Сосновской, если не изменятся подходы самих музейщиков, то никакая "фея с волшебной палочкой" не сделает музей интересным.
О том, меняются ли музеи в Украине, как заинтересовать молодежь ходить на экскурсии и изменить мышление и подходы самих музейщиков - в интервью для Styler.
Татьяна, в вашем музее даже в будни утром очень много детей. Это ваша основная аудитория?
С помощью того, сколько молодежи и школьников идут в музеи сегодня, можно спрогнозировать, сколько посетителей будет в них через 20-25 лет. Те дети, которым понравится в музее сейчас, будут ходить в них и в дальнейшем, будут приглашать гостей.
У старших людей еще со школы выработана привычка ходить в музеи, особенно мы фиксируем это в социальные дни бесплатного входа в музеи. И, в конце концов, у них есть потребность, где бюджетно и интересно провести время. Люди старшего возраста хоть и ходят, но, к сожалению, еще никто не изобрел лекарства, которые бы позволяли жить вечно. И когда-то этих людей в музее не станет.
Сейчас нам нужно задумываться о молодом поколении. Им надо дать понять, что информация, которую они находят в интернете – не всегда полная и правдивая. А если и верна, то не живая. Очень важно музеям сейчас быть конкурентом среди огромного выбора информации в интернете.
Конкурировать с соцсетями и интернетом - это не просто.
Согласна. Информация в интернете - сконцентрирована, и это устраивает и молодежь, и людей старшего возраста: они за короткое время получают максимум информации. Но человек требует кроме этого еще и эмоции! Желательно положительные. А эти эмоции, живое впечатление, интернет дать не может.
Да, часть хороших эмоций может дать хороший художественный фильм. Но человеку важен личный опыт участия в чем-то. И поэтому дополнительной эмоциональности ищут в разного рода ивентах, в поездках за город, в участии в благотворительных мероприятиях.
У вас есть один главный совет, как сделать музей привлекательным для посетителя?
Я поняла, что музей будет привлекательным только тогда, когда будет нести людям эмоцию. Как-то я была на одном из музейных собраний, где лектор говорил с музейными работниками о том, как сделать музеи интересными.
Он искренне искал проблему. Спросил одного из работников, почему люди не идут в музеи. А тот на мое удивление сказал: "Да потому что у них в голове что-то не в порядке!". Я сидела, закусив язык от стыда. Потому что на самом деле люди не идут в музеи, потому что не ждут там чего-то особенного, интересного. Вместо этого ищут другое место, где время провести интереснее.
Сделать музей интересным могут только сами музейщики. Никто со стороны, никакая фея ночью не прилетит и не махнет волшебной палочкой над музеем, чтобы он утром стал интересен.
Часто в музеях говорят, что не делают нового, потому что денег нет. Особенно это можно услышать в небольших городах и селах.
Знаете, этот тезис - стар как мир, и из года в год повторяется от коллег. Но за этим тезисом я, например, вижу нежелание что-то делать. Ведь есть достаточно примеров, когда музеи получали большой грант, но от этого они интереснее и успешнее не становились. Тратили средства на некий проект, и когда он заканчивался, то все опять было в спящем состоянии. Но есть много положительных примеров, когда в условиях весьма скромного финансирования, и при активном и теплом сердцебиении музейщиков, музей просто расцветает!
Наш музей не избалован слишком высоким финансированием. Так же, как и другие музеи. Мы даже не получаем средства на дополнительные ремонтные услуги и стараемся все это сделать сами.
Но при этом всем за эти 2 года и 10 месяцев доход музея нам удалось увеличить в 4,5 раза, и это при отсутствии дополнительного финансирования. То есть, оказывается, не всегда справедливо мы требуем деньги, не всегда справедливо упрекаем тем, что нам что-то не добавляют. Думаю, надо искать решение проблемы именно в нашей работе, а не обвинять кого-то в недофинансировании.
Как можно заинтересовать школьников пойти в музей в небольшом городке или селе?
Меня удивляет, почему директора музеев в маленьких городах не идут сами в школу почитать лекцию, например, или провести урок.
Извините, но если в селе есть хоть одна школа, то двери в музее вообще не должны закрываться! Урок рисования, урок истории, украинского языка - что угодно там можно проводить! Даже на урок математики можно привести учащихся в музей: дайте детям измерить площадь помещения, условно говоря. Пять гривен для ребенка в селе на вход в музей разве не найдется?
Но говорят, что в провинциальных музеях все-таки мало возможностей, если сравнивать их с теми, которые находятся в крупных городах.
Возможно, за это мнение на меня будут обижаться, но я считаю, что гораздо больше возможностей улучшить жизнь и привлечь больше аудитории именно у провинциальных музеев. Потому что если в районном центре - только один или два музея, то ни у взрослых, ни у школьников, больше нет выбора, куда пойти. В большом городе много музеев, между музеями есть конкуренция и борьба за посетителя. Тогда как музеи маленьких сел и городков – монополисты. Почему они не используют эту монополию? Мне от этого очень обидно.
Я считаю, что Украина сейчас стоит на пороге “музейного бума”. К нему нас подталкивает сам посетитель.
Что это означает для музеев?
Если мы пропустим этот момент и останемся консервативными, то проиграем. Если не повернемся лицом к посетителю, а будем с надутыми щеками только говорить, что бережем уникальную коллекцию и только это главное для музея, то этот “бум” пройдет мимо нас. Это будет большая потеря.
Самое главное – для молодого поколения людей, которые хотят узнать что-то новое не традиционным ныне интернет-способом, а “вживую”. Они просто пойдут не в музей, а пойдут в другое место. Сейчас создается много галерей, креативные пространства для мастер-классов, частные музеи. Они нам уже давно создают конкуренцию, ведь лучше оснащены, хотя и дороже.
Нам следует отказаться от привычки, которая укоренилась лет 10-12 назад, когда исчезла музейная корпоративность, единство, а образовалась некая межмузейная зависть, неприемлемость друг к другу, неприятие новаций другого, жестокое критиканство.
Вместо создания нового продукта мы, музейщики, часто склонны критиковать друг друга, перемывать друг другу косточки, теряя драгоценное время. Это не приносит никому оптимизма и не улучшает профессиональный диалог, не делает общество здоровее и духовнее.
Как это можно изменить?
Считаю, что должно существовать как правило, как норма, музейная корпоративность по отношению к посетителю, особенно младшему – к школьнику, которому каждый из нас просто обязан привить любовь к посещению музея.
Моя коллега, учительница, старше меня, всегда говорила: “Я не понимаю, почему, когда мы говорим детям, что мы идем в музей, они сначала кричат "ура, прогуливаем уроки", но в тот день, когда надо идти, сидят с кислыми лицами". Эта учительница всегда говорила, когда я работала в музее Тычины (музей-квартира писателя Павла Тычины в центре Киева - ред.): 5 класс всегда везу к тебе, потому что им здесь нравится. Говорили, что там их не ругают”.
Но разве музей создан для того, чтобы ругать? Если дома родители что-то от ребенка требуют и ругают, в школе учителя требуют или читают нотации, то что будет, если еще и в музее будут ругать и делать замечания? Как тогда ребенок полюбит музей? Да никак. Первый в жизни визит в музей для ребенка должен быть праздничным и радостным, потому что это сформирует представление о музее на будущее.
Визит школьника надо превратить в игру. Мы придумали и опробовали в музее Тычины целую методику, как визит в музей сделать для ребенка радостным и я перенесла ее в Национальный Музей истории Украины. Я готова любому музею посоветовать, как это можно сделать.
Когда посетитель идет по музею и видит, что перед ним включают свет, а позади – выключают, то вы ему даете понять, что вы его не ждали и побыстрее выталкиваете из помещения. И никакая экономия электроэнергии не может быть объяснением такому поведению смотрителя. Когда посетитель видит, что у вас на стуле сложено пальто, а до конца рабочего дня еще два часа, то уже понимает, что пришел поздно и лучше поскорее отсюда уйти.
Надо создать комфорт для посетителя, задержать его в музее, сформировать у него желание прийти сюда еще хотя бы раз. Если ребенок выйдет из музея и не запомнит ни одной даты, независимости Украина не потеряет, но для нас всех будет трагедия, если ребенок скажет: “Не хочу больше в этот музей”. Если ребенок скажет, что больше сюда не придет - мы делаем злую услугу не только себе, но и коллегам, потому что ребенок не пойдет и в другие музеи. А если понравится у нас первый визит, то пойдет в другие музеи и второй, и третий, и четвертый раз. Именно в этом все наши музеи должны быть в корпоративном единстве - “завоевать посетителя”.
А как действовать, когда на должностях в музеях остаются только старые работники и не дают дороги молодым?
Я бы установила одинаковый базовый уровень зарплат всем музейным работникам: от сельского музея до заповедника, а возможность премий сделала бы неограниченной в пределах существующего фонда заработной платы. Чем больше проектов человек реализовывает, чем больше предлагает и воплощает, тем больше премия его ожидает.
Для каждого должно быть вознаграждение за прилежание и усердие. Сидишь, сложа руки – просто ограничься ставкой. Проявляешь активность, показываешь результат - получай хорошую и достойную надбавку или премию. Это преодолеет протекционизм, когда на должностях появляются чьи-то родственники, которые порой просто числятся и ничего в музее не делают. И главное – это финансовое вознаграждение пропорционировать к доходу музея.
Это позволило бы “поднять с земли” районные и сельские музеи. Это позволило бы выдвигать требования при приеме на работу в музей, даже в селе. Всегда будут хорошие профессионалы, готовые работать, и за это их надо мотивировать материально.
Этого в Украине еще не предлагали?
Думаю, что таких инициатив нет и ближайшее время не будет. Потому что это непопулярное решение, когда придется пересматривать должностные оклады иногда в сторону уменьшения.
Профсоюз сразу бросится защищать права работников. Ведь чем больше зарплата у работников, тем больше им отчисляются взносы. Найдутся депутаты, которые будут говорить, что все в стране плохо и тому подобное.
Знаю, что вам удалось увеличить количество экскурсий в музее.
Сейчас я горжусь цифрой, которая оказалась даже для меня шокирующей. За 5 лет я планировала достичь охват экскурсионной услугой до определенного процента посетителей. Но когда увидела наш показатель, то как математик трижды пересчитала его снова. Но показатель был верным. И получилось, что за прошлый год заказали экскурсии 67% посетителей! Это зашкальная цифра.
В Музее искусства Метрополитен (в Нью-Йорке - ред.) мне говорили, что не могут перешагнуть показатель в 40%. О чем свидетельствуют наши 67%? О том, что украинцы стали доверять нашему музею и профессионализму наших экскурсоводов.
И при этом не обязательно добиваться дополнительного финансирования.
Вы знаете, у нас, музейщиков, до сих пор есть такая манера: когда видим состоятельного человека, то начинаем говорить, что на то денег нет, на это нет. Это очень своеобразное, я бы сказала, поведение.
Например, сейчас мы зарабатываем столько, что можем себе позволить сделать сувенирную продукцию, выставочные проекты. О каких-то долгах и речи нет. За время моей работы мы не стоим в позиции выпрашивания денег, нищих.
За то время, что я работаю, я не попросила для музея ни одной гривны. Люди сами приходят и говорят: чем мы можем помочь музею? Ни разу не попросили денег, а тем более – валюты. Скоро напишем на музейных билетах: "Приобретенный вами билет является вашей благотворительным пожертвованием на развитие музея”.
Кроме того, мы прекратили практику вписывания в отчет “фейковых” данных о посетителях, которые пришли бесплатно. Меня всегда раздражал уровень лжи, за которым не видно реальности.
Кто заставляет нас делать приписки в отчете? Откуда те огромные цифры, от которых в глазах темно? Видела отчеты некоторых музеев, где считались льготниками 93% посетителей! Это чуть ли не 400-500 тысяч человек в год. Где столько взяли? Кого мы обманываем? Если бы к нам столько людей зашло, то мраморные ступени стерлись бы наполовину! Мы были первым музеем, который сказал: “будем показывать только тех, кто купил входной билет, а бесплатные билеты все фиксируются письмами”. Конечно, есть категории льготников, но не 90% от общего количества посетителей!
Мы готовы говорить, что проблемы есть. Надо не бояться принимать решения и брать на себя ответственность.
Напомним, ранее Google дал возможность попасть в самые большие музеи мира.